Заза Карчхадзе: “Я человек из сообщества. Это моя жизнь… Все, что мы делали, что еще успеем, отразится на мне и моих друзьях.”

Поделиться:

Заза Карчхадзе – основатель и председатель правления самоорганизации ЛУИН “Рубикон” (Кутаиси, Грузия), член Правления Грузинской сети людей, употребляющих наркотики (GeNPUD). В программах снижения вреда с 2008 года, участник адвокационных кампаний, проводимой Грузинской сетью снижения вреда и мероприятий по развитию гражданского общества.

– Заза, когда Вы впервые услышали о снижении вреда?

– Это отдельная история: в сфере снижения вреда я с 2008 года. Врач посоветовал мне сходить в организацию программы обмена шприцев (ПОШ – прим.ЕССВ) – они искали аутрич-работников в моем родном городе Кутаиси. Я пришел, и так получилось, что меня сразу взяли. Так я начал работать по программе не как клиент, а именно продвигать сам сервис снижения вреда. Это был мой первый контакт, соприкосновение, если так могу выразиться. А когда в 2010 году открылся первый государственный сайт заместительной терапии в Грузии, я был одним из первых его клиентов.

– Значит, у Вас в следующем году юбилей – 10 лет с момента знакомства со снижением вреда?

– Получается так (смеется).

– Пожалуй, сравнивать не совсем корректно, но и нельзя не спросить – сообщество 10 лет тому назад и сейчас. Есть какие-то кардинально важные изменения, то, что прочувствовано “на себе”?

– Безусловно. В то время, когда я делал свои первые шаги в снижении вреда, в стране такого понятия даже не существовало. Люди, которых интересовало продвижение услуг, защита прав потребителей наркотиков – они безусловно были. Но, чтобы кто-то вышел в открытую, на камеру или перед лицом общества и сделал какое-то заявление, такого и в мыслях не появлялось. Даже в 2000-e. Мы были первые, кто начал это движение в Грузии, сделали первую самоорганизацию в городе – “Рубикон” (организация людей, употребляющих наркотики – ЛУН). Потом образовалась GeNPUD – Грузинская сеть ЛУН, я один из ее основателей. И вот, постепенно началось движение сообществ. Сейчас оно очень активное, я этому искренне рад.

– С развитием сообществ и гражданского общества в целом, приходит понимание значимости работы с партнерами на национальном, региональном уровне. Как это происходило в Грузии?

– Одному всегда тяжело. Это факт. Но когда присутствует поддержка международных, региональных организаций, лица, что принимают решения в стране уже вынуждены тебя выслушать и услышать, учитывать твое мнение.

Когда я уже начал понимать, что такое вообще снижение вреда, первая организация, с которой начал работать “Рубикон”, была Евразийская сеть снижения вреда. Точнее, мы обратились одновременно в несколько организаций, но самый быстрый ответ пришел от ЕССВ. Дальше начали плотно сотрудничать с Грузинской сетью снижения вреда. Люди, что там были, уже знали многое, делились знаниями. Значимость партнерских взаимосвязей огромна.

– Как складывалось сотрудничество с ЕССВ?

– У нас всегда были теплые, дружественные отношения с Сетью, а после начала проекта “Снижение вреда работает – обеспечьте финансирование!” идеи, интересы стали еще более понятны друг-другу. “Рубикон” – субреципиент программы, а это значит тесное сотрудничество, ведь мы осуществляем ее реализацию в Кутаиси и в своем регионе. А это уже национальный уровень.

– Какие цели преследует “Рубикон”?

– Одной из ключевых задач моей организации всегда было и остается формирование гуманной наркополитики, как в стране, так и во всем регионе Восточной Европы и Центральной Азии. С этой идеей создавалась и Грузинская сеть ЛУН – борьба с репрессивной наркополитикой. Это наша ниша.

– Людям, которые работают в снижении вреда знаком тот факт, что ситуации бывают разные, сложные. А что помогает идти дальше Вам?

– Лично для меня, ответ лежит на поверхности – я человек из сообщества. Это моя жизнь. И для меня важно, чтобы эти процессы существовали и были реализованы, так как все, что мы делали, что еще успеем, отразится на мне и моих друзьях. Помню об этом всегда.

Источник

Поделиться: