входит в структуру портала
Интервью

Игорь Кильчевский: не надо ждать идеального момента для действий – он уже настал

Март 20, 2018

Крупнейшая пациентская организация «Восточноевропейское и Центральноазиатское объединение людей, живущих с ВИЧ» (ВЦО ЛЖВ) в 2018 году отмечает своё тринадцатилетние с момента основания инициативной группой ВИЧ-активистов ВЕЦА.

По вехам развития региональной сети сетей (ВЦО ЛЖВ), можно отслеживать тенденции развития и усиления влияния пациентского сообщества Восточной Европы и Центральной Азии на улучшение доступа к лечению ВИЧ-инфекции и качества жизни более 1,6 миллиона людей, живущих с ВИЧ.

В начале текущего года стало известно об изменениях в структуре управления ВЦО ЛЖВ. Как отмечено на сайте организации, с учётом новых вызовов в управление организации было введено Правление и назначен Исполнительный директор, которые действуют на условиях коллегиальности. Так, исполнительным директором был назначен Игорь Кильчевский, стоявший у истоков основания ВЦО ЛЖВ 13 лет назад. Организации, которая по сегодняшний день влияет своей адвокационной деятельностью на решения правительств и позицию международных организаций в области вопросов здравоохранения и соблюдения прав человека.

В эксклюзивном интервью для Minus Virus Игорь Кильчевский, исполнительный директор ВЦО ЛЖВ, рассказал о существующих вызовах для организации, о планах на ближайшее будущее и о том, когда ВИЧ/СПИД будет побеждён.

Игорь Кильчевский

Игорь Кильчевский

И.Г.: Игорь, 2 года назад вы поздравили коллег следующими строками: «Дорогие друзья, с днём рождения! Жизнь ВЦО ЛЖВ уже началась много лет назад и в ней не будет никаких антрактов. Это не пробная версия. Каждое наше действие имеет значение. Безусловно, мы знаем наши слабые стороны, они есть у каждой организации. Понимаем и принимаем этот факт. Более важно и, что имеет приоритетную значимость — это наши сильные стороны. Именно их следует развивать, что порою не совпадает, к сожалению, с возможностями для личностного роста и находится вне зоны комфорта. Приучаем себя к тому, что наоборот надо из нее выходить, находить проблемы решать, что означает фактически найти и войти в свою зону дискомфорта не ждать идеального момента для того, чтобы начать действовать и делать это прямо сейчас, если стремимся к прогрессу в развитии и переменам. Не ждём более подходящего момента. Он уже наступил». Очень вдохновляющее и такое личное обращение, которое, безусловно, не утратило своей актуальности и спустя 2 года. Все тринадцать лет становления ВЦО ЛЖВ вы принимали активное участие в развитии организации, как участник общего собрания, сегодня – вы исполнительный директор. Расскажите, с чем были связаны изменения в структура управления и почему именно сейчас?

И.К.: Восточноевропейское и Центральноазиатское объединение людей, живущих с ВИЧ – это огромная сильная региональная организация, созданная людьми, живущими с ВИЧ, которая, с моей точки зрения, максимально прозрачна и деятельность которой стала мощным инструментом в защите прав ЛЖВ и уязвимых групп. Кроме этого хочу отметить заметную деятельность Секретариата ВЦО ЛЖВ, который обеспечивает координацию всей деятельности и руководителей страновых организации и руководителя ВЦО ЛЖВ Вцелом, сегодня можно видеть, как заметны своей деятельностью страновые организации,заметны их лидеры, представляющие и продвигающие единую стратегию ВЦО ЛЖВ в странах, можно увидеть результаты их действий и прекрасные примеры партнерства и взаимоподдержки. С моей точки зрения, нет равных аналогов такой структуре, как ВЦО ЛЖВ в нашем регионе.

Для чего она была создана? Для того чтобы адвокационные действия в нашем регионе, проводились более эффективно. Ещё 13 лет назад мы увидели, что есть необходимость влиять на наши правительства с привлечением возможностей международного уровня. Когда, например, если проблема не решается в конкретной стране, мы предлагаем решить ситуацию через обсуждение возможных лучших действий со всем регионом, порою и через критику, и это может стать более быстрым и действенным методом, чем многие-многие наши адвокационные усилия, которые мы реализуем внутри стран и, которые наталкиваются на противодействие чиновников. Поддержка, обмен опытом и, естественно, что такой региональный уровень действий дает свои результаты. Как мы надеялись в начале пути, работали для этого и добились, что благодаря нашим усилиям, сегодня голос сообщества ЛЖВ стран региона ВЕЦА слышен во всем мире.

Почему произошли изменения? Как и любая структура, как любой организм, ВЦО ЛЖВ растет, меняется, улучшается, адаптируется под новые вызовы. В партнерстве с ВЦО ЛЖВ реализовывали свои проекты абсолютно все организации, региональные сети и ключевые международные организации. Несмотря на то, что по нашему представлению (прим.: имеется ввиду мнения Участников общего собрания организации) – это прозрачная, абсолютно понятная структура, она функционирует уже более тринадцати лет. В последнее время мы стали получать обратную связь о том, что мы закрыты, что необходимо стать более прозрачными. Мы услышали эти предложения и так же слышим предложения по расширению состава участников. Мы взвешенно подходим к принятию решений, все ключевые изменения обсуждаем на встречах Общего собрания, высказываются предложения, они взвешиваются со всех сторон и только потом происходят изменения. Если изменения происходили бы только в угоду ожиданий наших партнеров, безусловно, это были бы какие-то спонтанные решения, сиюминутные, быстрые решения, в то время как этот процесс требует большего времени, потому что ВЦО ЛЖВ в лице участников Общего собрания и Секретариата – это многогранная структура и она проходит период роста, изменений. Мы не обозначаем это как кризис, а считаем необходимым логичным процессом, направленным на развитие.

Изменение структуры управления – это первые изменения, которые уже реализованы из запланированных. На сегодняшний день в структуру управления организацией, кроме Общего собрания, наблюдательного совета и президента, добавлено ещё 2 структуры: Правление, состоящее из трёх участников организации, и исполнительный директор, который также назначается Общим собранием. Важно, чтобы управление исполнительным директором было максимально эффективным. Общее собрание участников понимало, что в нашей деятельности чрезвычайно важно иметь управленца, который будет принимать решения на основании миссии организации и, который должен обладать опытом управления, опытом работы с грантовыми программами, взаимодействия с донорами, выполнения огромных объемов и управления финансовыми потоками для выполнения всех задач стоящих перед организацией.

И.Г.: Нужен был не просто менеджер-управитель для организации, а человек из сообщества, который непосредственно вовлечен в решение проблемы эпидемии ВИЧ?

И.К.: Да, именно поэтому в уставе было однозначно зафиксировано, что и исполнительный директор ВЦО ЛЖВ не назначается по конкурсу среди кандидатов из вне, хотя это не исключает проведения конкурса в будущем. Принятие решение по его назначению осуществляет только Общее собрание. И с моей точки зрения это правильное решение. Кроме этого, хочу сказать, что мы так же рассматриваем и обсуждаем сейчас дальнейшие изменения. Которые, надеемся, произойдут в ближайшее время, в этом году или в следующем. В настоящее время ВЦО ЛЖВ, интенсивно работает над расширением своего партнерства. Продумывает вариант разделения наблюдательного совета на внешний и внутренний. Внешний наблюдательный совет будет состоять из представителей авторитетных всемирных организаций.

И.Г.: А какие это организации, кого уже пригласили?

И.К.: Приглашения мы разошлём после обсуждения и согласования этого вопроса на Общем собрании. Пока мы не обсудим окончательно этот вопрос я не могу озвучить названия организаций и их представителей. Следующее Общее собрание запланировано на конец марта 2018, после которого и на основании обсуждений будем рассматривать эти вопросы. Мы рассматриваем создание внутреннего наблюдательный совет. В новой трактовке, внутренний наблюдательный совет , будет иметь полномочия надзорного органа и органа, который будет уполномочен давать рекомендации. Возможно, мы предложим больше, для внешнего наблюдательного совета и он будет иметь, функции попечительского совета, представительские функции, принимать участие от имени ВЦО ЛЖВ в Международных встречах и т.д. Также, если говорить о наблюдательном совете, который, возможно, будет совмещать эти функции, считаю важным, чтобы члены наблюдательного совета принимали участие в распределении грантовых программ. Мы надеемся, что ВЦО ЛЖВ сможет поддержать финансирование деятельности каждой организации в странах региона. Мы видим и отмечаем не лучшие изменения, которые происходят в наших странах в связи с сокращением финансирования со стороны Глобального Фонда. Во многих странах развитые услуги не покрываются в полной мере из государственных бюджетов. Это требует действий с нашей стороны. Организации ВЦО ЛЖВ в странах должны сосредоточиться на мониторинге этой ситуации. Каким образом выделяются средства, достаточно, не достаточно. Какие общественные организации получают эти средства. Это вновь созданные организации из тех же госчиновников или их родственников, или это те организации, которые имеют кредит доверия у сообществ, имеют результаты и соответственно имеют приоритетное право на получение государственных заказов на внедрение программ услуг и сопровождения.

И.Г.: Что изменится в организации с изменениями в структуре правления?

И.К.: Мы станем еще более прозрачными и будем дальше развиваться, ведь нашей организации уже 13 лет и это только начало. Сегодня, и это совершенно очевидно, необходимо вносить изменения, чтобы более эффективно адаптироваться к современным вызовам. Мы приняли к сведению рекомендации партнёров, мнение которых мы ценим и уважаем и стремимся к построению доброжелательных взаимоотношений.

И.Г.: Какие именно организации?

И.К.: Это ЮНЭЙДС, в первую очередь. На протяжении многих лет ЮНЭЙДС сопровождает ВЦО ЛЖВ. Примечательно, что именно команда ЮНЭЙДС ВЕЦА поддержала создание ВЦО ЛЖВ. Мы всегда прислушивались к их мнению, рекомендациям, мы уверены, что и в дальнейшем будем получать от них экспертную оценку по нашей деятельности, чтобы конструктивно обсуждать изменения, которые будут предложены.

Игорь Кильчевский

Игорь Кильчевский. Фото: ВЦО ЛЖВ

И.Г.: О секретариате следующий вопрос. Планируются ли какие-то кадровые изменения в секретариате ВЦО ЛЖВ, в связи с изменениями в структуре Правления?

И.К.: Безусловно, и это логично. Все об этом узнают, будет все прозрачно вывешено на нашем сайте, с фотографиями, с именами, телефонами. Что бы можно было понять какие обязанности и ответственность.

И.Г.: Вы говорите о расширении или сокращении штата сейчас?

И.К.: Нет, сокращения штата не планируется. Мы работаем по проектам, которые необходимо выполнять и сейчас в условиях больших объемов работ сокращение штата недопустимо

И.Г.: Сегодня вы назначены на должность исполнительного директора организации, которая работает в самом большом географическом регионе мира. В нашем регионе эпидемия ВИЧ/СПИДа не взята под контроль. Какие приоритеты вы видите для организации на ближайшие 2 года?

И.К.: Сложно обозначить приоритеты лучше, чем их уже обозначил ЮНЭЙДС в Инициативе «90-90-90», которую ВЦО ЛЖВ полностью поддерживает. При этом мы видим сложности в процессе реализации, так как мы работаем давно, я вот больше 20-ти лет в ВИЧ-активизме. Безусловно, первое «90» – это тестирование и мы будем поддерживать распространение экспресс-тестирования на территории наших стран, как в медучреждениях, так и на базе общественных организаций, что так же повысит выявляемость и обеспечит хорошее консультирование. Мы надеемся, что это обеспечит вовлечение людей в лечение.

По поводу второго «90»/лечения: для того, что бы люди оставались привержены к лечению, новейшими, качественными препаратами без побочных или с наименьшими побочными эффектами с учетом возрастных групп: как детей, так и людей за 50, тогда будут достигнуты и третьи 90 Необходимо перенимать опыт тех стран, которые достигли уже этих «90-90-90». Вижу такой подход наиболее правильным , потому что придумывание велосипеда, не имеет смысла. Нужно внедрять практики, которые принесли очень убедительные результаты. И в этом ВЦО ЛЖВ имеет гораздо больше возможностей, чтобы собрать лучшие практики, потому что в наши страны входит 4 Европейские страны. В том числе Польша, которая имеет опыт предоставления услуг, как по тестированию, лечению и удержанию в лечении. Есть страны Таможенного Союза. Есть страны переходного периода. Есть страны, неопределившиеся. ВЦО ЛЖВ может разработать лучшую модель и внедрить успешный опыт для достижения этой цели из «90-90-90» во всем регионе . Мы надеемся на укрепление сотрудничеств, коммуникаций и взаимодействия с международными организациями, их региональными офисами в странах ВЕЦА при ведущей роли ЮНЭЙДС. У нас очень много совместных задач, уверен мы будем еще чаще встречаться, планировать совместную деятельность, которая будет всегда в открытом доступе и, которая обеспечит возможности для участия всем региональным и страновым сетям.

И.Г.: Какие вызовы, для вас лично вы сейчас видите на этой должности? Что самое сложное предстоит реализовать?

И.К.: Говорить правду или как для интервью?

И.Г.: Только правду и ничего кроме правды ☺

И.К.: Правда заключается в том, что сегодня и это временное явление, вижу пробелы в коммуникациях Секретариата с участниками Общего собрания. Нам нужно найти формулу взаимодействия, чтобы вовлекать участников общего собрания в работу всех проектов. И это не только инициатива Секретариата. Необходимо, чтобы участники Общего Собрания со своей стороны больше интересовались работой Секретариата, что соответственно обеспечит большую подконтрольность Секретариата Общему собранию. Чтобы участники Общего Собрания были вовлечены не только в принятие политических решений, а и в принятие решений по техническим вопросам и по работе Секретариата в целом. Именно для этого сейчас и было создано Правление.

И.Г.: Я так понимаю, что Общее собрание тоже заинтересовано в таких изменениях, чтобы больше вовлекаться?

И.К.: Да, вы правы. Безусловно, участники Общего собрания в этом заинтересованы. Они хотят понимать все происходящее в организации, потому что все участники и их команды в странах должны активно заявлять на страновом уровне то, что ВЦО ЛЖВ заявляет на региональном. Например, это расширение доступа к инновационным препаратам для всех ЛЖВ в наших странах. Поэтому важно, чтобы участники полностью владели информацией о деятельности организации и Секретариата, были вовлечены в принятие решений. У нас амбициозные, но исполнимые задачи, но конечно мы прекрасно понимаем, что ситуация, в которой мы находимся сейчас, не позволяет реализовать и достигнуть всё и сразу. Мы же не волшебники, не старики Хоттабычи, что бы вырвать волосок из чужой бороды и все это решилось. Мы понимаем все сложности, которые будут стоять на пути к достижению целей. Мы готовы к этим сложностям, готовы работать с фармкомпаниями, с национальными правительственными, с законодательствами, с судебными системами. Мы готовы ко всему этому, мы понимаем, отдаем себе отчет и будем идти к своей цели . Потому что мы люди, живущие с ВИЧ, и мы боремся за себя. За своих детей, близких. Поэтому я не вижу каких-то причин, по которым мы могли бы остановиться в своей деятельности. Кто-то если думает, что мы остановимся, то он глубоко ошибается. Безусловно, для этого нам необходимо провести перезагрузку, чтоб стать еще сильнее и эффективнее.

И.Г.: Организация в 2017 году отпраздновала 10 лет с момента официальной регистрации. А ведь ВЦО ЛЖВ одна из первых региональных организаций, которые были основаны именно как пациентское сообщество?

И.К.: На самом деле мы работаем намного дольше, 10 лет – это цифра, фиксирующая юридический факт создания организации, само решение о создании объединения было принято 13 лет назад в 2005 году. А вообще, многие из участников ВЦО ЛЖВ уже с 2001-го года начинали встречаться и взаимодействовать. Именно тогда только начали проводить на территории ВЕЦА встречи, мы на них все встретились и подружились . У нас единый язык общения. Например, с Войтеком Томчински я знаком с 1996-го года, ещё с 1-й конференции по СПИДу, на которую меня п отправили от Молдовы. Поэтому мы уже давно работаем, как партнеры, как сетевые организации, которые заинтересованы друг в друге. Для того, что бы действовать дальше, как единое целое, в 2005 году было принято решение о регистрации организации. Мы долго шли к этой регистрации, были некоторые юридические сложности в тот период времени. Но в 2007 году нам удалось это решить и первая сеть ЛЖВ региона была зарегистрирована.

И.Г.: А почему так долго проходила регистрация?

И.К.: Это были чисто рутинные сложности. Необходимо было собирать, находить на это финансирование, много раз что-то срывалось, то нотариус не приходил для того, что бы собрать все документы, то что-то еще. Поэтому, в итоге были отобраны 3 человека, которые зарегистрировали организацию. После регистрации все, как учредители, стали участниками Общего собрания. Кстати, мы на сегодняшний день даже убрали слово «учредитель» из устава, потому что наш устав меняется на протяжении нашей деятельности, по-моему, 3-й раз, или 4-й и это тоже нормально.

И.Г.: Это не многовато для истории одной организации?

И.К.: Нет, это нормально. Времена выдвигают новые требования и это как раз показатель того что мы оперативно реагируем на эти требования. Устав – это закон, по которому мы живем. Это, как Конституция для страны и нет пределов для её усовершенствования.

И.Г.: Знаете, в украинском языке есть чудесный, по моему мнению, аналог слова «усовершенствование» – это «покращення». Красиво звучит, правда?

И.К.: Да, спасибо, запишу в свой словарь украинских слов. Нет предела совершенству. Если мы решаем, что что-то нужно изменить, что нам будет лучше помогать в достижении цели, мы будем менять, идти вперед. ВЦО ЛЖВ – живая работающая структура, которая не ставит себе в догму что-либо. Мир меняется, и мы будем меняться и развиваться вместе

И.Г.: Вопрос об устойчивости, о которой многие сейчас говорят. В некоторых организациях даже есть должность – менеджер по устойчивости. Что в вашем понимании устойчивость для организации?

И.К.: В контексте устава?

И.Г.: В контексте деятельности организации и как вы и Правление улучшите устойчивость организации?

И.К.: Есть финансовая устойчивость, есть программная устойчивость, есть приверженность к тому делу, которым мы занимаемся. Начну с приверженности. Мы общественная организация, состоящая из людей, живущих с ВИЧ. Нас ничто и никто не остановит в стремлении жить. И то, чем мы занимаемся, мы делаем по велению души. Это не просто работа, это то, чем мы будем заниматься даже в отсутствии финансирования. Если отмотают назад историю ВЦО ЛЖВ или каждого отдельного участника, мы можем увидеть огромные отрезки времени без финансирования, но люди не уши, не сложили руки, а работали с неиссякаемым оптимизмом и интенсивностью.

И.Г.: Получается, что устойчивость – это личная мотивация?

И.К.: Да. Это в том числе и личная мотивация. Это непосредственно касается программной деятельности ВЦО ЛЖВ на протяжении 10-ти лет и то, что определяло цели и задачи и то, что помогало нам их достигать. И сейчас это так, так будет и в дальнейшем. То, что касается финансовой устойчивости, наша проектная деятельность сегодня финансируется из нескольких источников. К примеру, мы надеемся на дальнейшее плодотворное сотрудничество с Глобальным Фондом. Новая заявка, которая будет подаваться по региону ВЕЦА, является логическим продолжением работы, которая проводится сейчас в странах нашего региона. Да, такого формата грант первый для ВЕЦА, и было много сложностей, но благодаря эффективному управлению программой ПАРТНЕРСТВО, нам удалось расширить изначальный фокус работы из 5 стран до 11. А это позволило активизировать деятельность для обеспечения континуума услуг в связи с ВИЧ и более чем в 2 раза усилить влияние на эти процессы. У нас всех есть общие цели, есть новые партнеры и партнёры, которые с нами давно и мы готовы расширять партнерство и далее со всеми, кто разделяет наше видение.

Игорь Кильчевский с женой

Игорь Кильчевский с женой. Фото из семейного архива

И.Г.: Вы уже более 20 лет работаете в ВИЧ-активизме, из них – более 13-ти лет в команде ВЦО ЛЖВ. Вы знакомы о ситуации с ВИЧ/СПИДом в регионе ВЕЦА в целом. Как изменился «доступ к лечению» за 20 лет?

И.К.: Вы взяли слишком большой временной промежуток. Но если вернуться назад, то был период, когда мы даже не мечтали о лекарствах и даже не знали об их существовании. Тогда не было такой распространённости интернета и доступа к информации, но все же со временем мы начали узнавать о существовании лекарств, что они уже начали применяться в Западных странах, при этом мы понимали, что получить доступ к ним почти невозможно. Вы же знаете какой экономический коллапс был в 90-х годах в наших странах и какая была стоимость этих лекарств. Но потом произошло революционное появление Глобального Фонда, первое финансирование программ и заявки на ГФ, которые мы писали, разрабатывали в странах как могли, как чувствовали. Далее назначение первых схем лечения, выявление первых побочных эффектов, разработка всех программ, тестирование, консультирование, невероятное количество документов, которые были выработаны за этот период. Это был период колоссальной работы, выхода за рамки и больших побед, цена которым – жизнь. Ведь не зря даже в словаре ЮНЭЙДС рекомендуется говорить не ВИЧ-позитивный человек, а именно человек, живущий с ВИЧ, что подчёркивает факт того, что при наличии лечения, ВИЧ-инфекция – не смертный приговор. ВИЧ по определению ВОЗ – хроническое вялотекущее инфекционное заболевание с неограниченным сроком жизни человека.

Знаете, я всегда считал, что история ВИЧ/СПИДа – это как лакмусовая бумага. Она определяла многое. Желание что-то менять, политическую волю, уровень политического сострадания в стране к той или иной категории граждан и в целом, вообще способен ли народ сопереживать. Был период больших сложностей, были публикации в СМИ, которые формировали неправильный подход к самой проблеме и во много определили отношение к людям с диагнозом ВИЧ. Конечно, за этот период времени все очень сильно изменилось. Но проблема обеспечения качественным доступным для всех лечением и доступа к услугам в связи с ВИЧ остается на повестке дня.

Качественное Лечение в нашем регионе доступно не всем, и это та работа, которую нам предстоит сделать, она колоссальна. На сегодняшний день для нас вызов обеспечить охват и удержание на адекватном лечении всех ЛЖВ – начиная от детей и до старшей возрастной группы. Добиться, чтобы лечение было с использованием эффективных препаратов с наименьшими побочными эффектами, потому что, как мы знаем, сейчас люди умирают от побочных эффектов при нулевой вирусной нагрузке. Они умирают не от ВИЧ, а от токсических гепатитов, ТБ, кардиологических заболеваний, становятся инвалидами от побочных эффектов, потому что от разработанных 20 лет назад лекарств более выраженные побочные эффекты по сравнению с новыми препаратами.

И.Г.: Получается 20 лет назад целью было получение права на жизнь при наличии АРТ, а сейчас речь уже идёт о качестве лечение, но в большинстве странах ВЕЦА многие люди не охвачены лечением и финансирование на эти программы сокращается?

И.К.: В 90-х годах, когда доктор объявлял о диагнозе, он утешал словами, что, может, не сразу умрешь, может, еще год, а то и даже 2 поживешь. Потом, когда ВИЧ/СПИД был больше изучен, стало известно, что от стадии инфицирования до стадии СПИДа проходит 5-7 лет в среднем.

И.Г.: Это без лечения или уже с АРТ?

И.К.: 5-7 лет без лечения и у каждого человека по-разному. Потом начала появляться АРВ-терапия и у нас появилась надежда. Сейчас мы видим, что нет временных пределов. Люди с ВИЧ живут по 30-40 лет и дольше. Но вместе с тем, отмечается наличие побочных эффектов, и как результат прерывание АРТ, отсутствие приверженности к лечению, что приводит к резистентности на тот или иной препарат и терапия становится неэффективной.

И.Г.: А 15-20 лет назад приверженность, наверное, была почти 100%?

И.К.: Нет, не была

И.Г.: Нет?

И.К.: Никогда 100% приверженности не было и не будет, но это не значит, что к этому не надо стремиться. Всегда есть люди, которые не могут быть дисциплинированны или не переносят терапию. Когда лекарства только появились, их надо было принимать каждые 2 часа. К примеру, на тренингах, когда врачей, обучали вести АРВ-лечение у пациентов, в качестве эксперимента собрали в одном из залов, выдали им драже, конфетки и таймер. Потом им предложили продемонстрировать приверженность на своём примере. Их попросили через каждый 15 минут принимать по 1 маленькому драже с 0% калорий. Им дали табличку, в которой они должны были ставить галочку – выпили драже или нет. Таймер не должен был звенеть, он просто отсчитывал время. А мы пытались их отвлечь, любыми способами, чем угодно: обсуждениями, разговорами, вопросами. И знаете, приверженность была достигнута у менее 50% участников. Мы сказали, что этот эксперимент будет на протяжении 8-ми часов, но фактически он проходил всего лишь 2 часа. Все забывали соблюдать режим и принимать лекарства. Поэтому полная приверженность – это труднодостижимый результат . Но мы видим, что фармацевтическая промышленность развивается, посмотрим, что она нам предложит, поступает все больше и больше информации о новых разработках которые упрощают режим приема и достижение полной приверженности становится более реальным фактом

И.Г.: Это уже тенденция в ответ на вызовы и потребности – я о сокращении периодов между принятием терапии?

И.К.: Сейчас есть новые препараты. 1 таблетка в день, в неделю, появляются новости о 1 таблетке в месяц, а там и вакцина будет получена. Хотя с другой стороны, я испытываю некоторые сомнения , потому мне кажется это будет огромная доза такой химии в организм сразу (если даже 1 раз в неделю принимать),которая может в геометрической прогрессии усугубить побочные эффекты. Но поживём-увидим. У нас сильное сообщество, нас много и мы будем адвокатировать своё право на жизнь, право на качественную жизнь.

И.Г.: ВЦО ЛЖВ – большая региональная организация. Как удается наладить работу сквозь расстояние, которое охватывает 15 стран региона?

И.К.: Когда люди хорошо друг друга знают, когда люди взаимодействуют, когда у них едина цель – расстояние не имеет значения.

И.Г.: Что вас, как активиста, мотивирует все эти годы, как уходите от эмоционального выгорания?

И.К.: Вера.

Когда мы создавали первую организацию, то я хотел назвать ее «Моменто море/помни о смерти». Но ребята, а это был 1998 год, сказали, что как можно давать надежду другим, если корабль назвать обречённо. И мы назвали нашу первую организацию «Вера». Вера в жизнь, вера в будущее. Я думаю, если люди бы умели истинно верить, , мы бы все ходили по воде и все чудеса случались. Потому, что в человеке заложено все, что можно и невозможно представить себе. И важно, чтобы рядом были люди, которые тебя поддерживают и верят в тебя.

И.Г.: О поддержке. Ваша семья живет в Молдове, Кишиневе. Как часто вы с ними видитесь?

И.К.: Видимся не чаще 1 раза в месяц. Это очень мало. Я от этого сильно переживаю, потому что человек живет на земле и самое дорогое, что у него есть – это время. И времени должно хватать и на работу и для самых близких. Спасибо, что есть современные информационные технологии, мы общаемся часто. Каждый вечер я разговариваю с сыном, женой. Каждое утро с дочкой, после зарядки мне звонит и рассказывает всё, о прошедшем дне. Меньше всех мне удается говорить с мамой и это мое упущение. Моей маме 85 лет, понимаю, что с ней общаться надо чаще.

Дети Игоря Кильчевского. Фото из семейного архива

Дети Игоря Кильчевского. Фото из семейного архива

И.Г.: Вы уже более полугода в Киеве, удалось посмотреть основные достопримечательности?

И.К.: Не было возможности, но я верю, что всё ещё впереди. Один раз проезжал по Крещатику. Каждый день хожу пешком на работу и наслаждаюсь достопримечательностями Андреевского спуска. Он очень разный и очень красивый.

И.Г.: Какое жизненное кредо у вас?

И.К.: Всегда и лучшее время сейчас!

И.Г.: А какое у вас хобби. Кроме работы, конечно?

И.К.: Мое хобби осталось в Кишиневе. У меня есть собачка, я люблю очень с ней гулять. Она великолепный друг. К сожалению, в Киев я не смог ее с собой взять. Она защитница осталась с сыном и женой. Если в перспективе будет возможность, то я обязательно здесь заведу себе собаку.

И.Г.: Новую или привезёте из Кишинёва?

И.К.: Еще одного друга – ведь, друзей много не бывает (смеется – прим.).

И.Г.: И последний вопрос: когда ВИЧ будет излечен?

И.К.: Хороший вопрос. Я думаю, хотя нет, я верю -это произойдет в самое ближайшее время.

Сегодня такое количество сильнейших ученых работает над решением этой проблемы. Уверен, что мы практически на пороге того, что лекарство панацея должна появиться. Хотя заявлений таких было много за 20 лет, и пока они остались лишь заявлениями. Ждем и верим ☺

Разговаривала Инна Гаврилова

Login
Remember me
Lost your Password?
Password Reset
Login